Руслан Гунчак: Не розумію, чому білоруси не розмовляють білоруською мовою

0

Пропонуємо до вашої уваги інтерв’ю чернівецького легіонера «Нафтана» мовою оригіналу.

 

Руслан Гунчак: Все президенты Украины только языком мелют

Украинский защитник Руслан ГУНЧАК выступает в Беларуси уже второй год, цементирует центр Gunchak-pressbolобороны сенсационного “Нафтана”, иногда капитанит в новополоцком клубе и периодически поражает ворота — к примеру, БАТЭ или “Шахтера”. А толкового знакомства с уроженцем Черновцов у нас до сих пор не состоялось.

Корреспондент “ПБ” ликвидировал этот пробел и почти час говорил с Русланом о молодости и старости, “западенстве”, белорусских болельщиках и новом украинском президенте.


— Вас удивляет, что “Нафтан” идет на третьем месте?
— Есть немного. Но, безусловно, это приятно. Думал: ну будем где-нибудь в районе пятого-шестого… Однако выдали успешный старт, поверили в себя. Самоотдача в каждом матче у нас на уровне, боремся. Дай бог, будем продолжать в том же духе.

— Единственное поражение от БАТЭ — там совсем без шансов было?
— Вели 1:0 в первом тайме, но… БАТЭ надолго оставлял без мяча, и мы тратили много энергии. В итоге не хватило нас минут на 10-15, посыпались. Ну, Борисов — он на то и чемпион. Ему проиграть не стыдно.

— Ваша цель та же — попадание в шестерку? Может, уже о большем задумываетесь?
— Перед нами никто задач не ставил. Банально: стараемся играть на победу в каждом матче. Еще рано говорить, только первый круг заканчивается. Да, главное сначала оказаться в первой шестерке, а там будет видно, на что еще замахнемся.

— Пока в вашем активе в нынешнем сезоне два гола, зато БАТЭ и “Шахтеру”.
— В основном забиваю после “стандартов” или когда есть хороший момент, чтобы подключиться к атаке. Раньше чаще удавалось отличаться: когда играл на позиции опорного полузащитника, требовали участвовать в атаках. Да и по молодости силы были. Сейчас уже к старости дело идет.

— В межсезонье вы, было дело, покинули “Нафтан”, но затем вернулись.
— Думал, на Украине поиграю. Или закончу вообще. Хотелось дома побыть, там семья, которую в Беларусь не заберешь — дочка в школу ходит. Была договоренность, если там вопрос не решу, вернусь. А зимой этот бардак начался, Майдан. Не до футбола было.

— А почему хотели закончить?
— Устал, тяжеловато стало уже. Планировал пойти учиться на тренера. Но потом решил, что резервы здоровья еще позволяют, так что поиграю, пока буду кому-нибудь нужен.
У меня ведь карьера могла еще в молодости закончиться. Когда играл в “Буковине”, получил ножевое. Дело было в Черновцах, защищал девушку от двоих неприятных парней. Даже не ожидал, что один из них вытащит нож. Получил в “бочину”, дальше ничего не помню. Слава богу, не слишком тяжелый случай, удар пришелся в кишечник. Врачи зашили — все нормально. После этого даже как-то усерднее работать начал. Стал больше жизнь ценить, что ли.

— Когда вы шли в “Нафтан”, упоминали, что поверили на слово клубу относительно финансового вопроса. Выходит, зря?
— Тогда мне объясняли, как обстоят дела с деньгами. После с ребятами познакомился, вник в ситуацию. Говорили, что все долги должны погасить в конце года. Все отдали — это главное. Так что перед этим сезоном особых иллюзий не питал. Есть проблемы, разве что премиальных это не касается. “Энную” сумму отдают, остальное — на совести руководства: в зависимости от результатов будет выплачено в конце сезона. Знаю, что будет.

— Недавно по этому поводу высказался Валерий Жуковский. Вам как играется в таких условиях?
— Чуть-чуть есть осадок. Хотели мы один матч задержать, а потом сели и подумали — что это даст? Ничем не помогло бы. Тем более руководство пообещало со всеми рассчитаться.

— До Беларуси сталкивались с безденежьем?
— Почти никогда. Разве что в “Харькове” были вопросы, когда клуб обанкротился.

— Вы ведь, кажется, могли оказаться в нашем чемпионате еще до Новополоцка — в минском “Динамо”?
— Да. Я с агентами не связываюсь, но тогда позвонили, предложили: “Не хочешь в Минск?”. Ну, думаю, поеду, посмотрю, как там, в Беларуси. Хоть потренируюсь. Тогда с командой работал Муслин, отношение ко мне было какое-то непонятное. Побыл несколько дней, махнул рукой и уехал домой.

— Вы почти всю карьеру провели на родине. Не тянуло на легионерские хлеба?
— Да, “Нафтан” второй после азербайджанского “Симурга”. Ну, я же на Украине в премьер-лиге играл, а это серьезный уровень. Сначала в “Ильичевце”, потом в “Металлисте”, в “Харькове”. Этот город стал мне практически вторым домом. А потом, когда всякие пертурбации в клубе начались, уехал в Азербайджан. Уровень там хороший, чуть-чуть даже выше, чем в Беларуси, как мне кажется. Поиграл год, тоже с шестерками. Одного очка не хватило до попадания в первую. А затем Романа Покору — тренера, который меня приглашал, — уволили, состав почти полностью распустили. Вернулся в “Буковину”, домой. Хотел уже заканчивать, но мой друг Тарас Чопик позвал с собой в “Нафтан”. Дай, думаю, попробую.

— А вскоре примерили и капитанскую повязку. Как заслужили доверие?
— У нас были выборы. В этом году — понятно, но в прошлом меня еще мало знали. А выбрали вице-капитаном. Может, из-за возраста, может, из-за качеств каких-то. Я и раньше капитанил в “Буковине” и “Харькове”, так что не впервой. Но вожак у нас Олег Шкабара. Он лидер, отлично умеет руководить. А я ему помогаю.

— Со Стрипейкисом быстро сработались?
— Да, когда он был еще помощником Кучерова, сразу же нашли общий язык. Римантасович — молодец, у него получается. Бывают и неудачи, но на своих ошибках люди учатся. Надеюсь, он не остановится на белорусском чемпионате и выйдет на более высокий уровень.

— В межсезонье в “Нафтане” появился ваш земляк Керчу. Вы поспособствовали?
— Олега я знаю с 18 лет, играли вместе в “Буковине”. Зимой “Нафтан” искал левого защитника, я предложил: если хотите, посмотрите — в интернете или пусть на сборы приедет. Так и пригласили его.

— У вас тогда случилась неприятная история с недоигранным матчем против “Ротора”. Что там произошло?
— Непонятная ситуация. Россияне играли в стиле БАТЭ: держали мяч и рассчитывали на быстрые атаки. Мы действовали жестко. Но это же футбол, а не балет! Тренер соперника сказал, что не будет продолжать матч, хотя игроки были не против. Некрасиво это, я считаю.

— Вы, как и Керчу, родом с Гуцульщины. Это как-то сказалось на вашем характере?
— Не знаю, ведь с 15 лет переехал в Донецк, воспитывался там. Может, со стороны и покажется, что я такой уж “западенец”, но сам ничего подобного не ощущаю. Да и неважно, какой ты национальности — главное человеком оставаться в любой ситуации.

— А на каком языке с Олегом общаетесь?
— С Керчу — на украинском. Да и не только с Олегом. А что такого? Мне вот непонятно, почему вы на белорусском не разговариваете. Я не националист, но, думаю, люди должны общаться на своем родном языке. Разве что если это кому-то не нравится, без проблем могу переходить на русский.

— Как вам вообще живется в Беларуси?
— Нравится. Живу на базе в Междуречье, снимать квартиру нет смысла. В Новополоцк редко выбираюсь. Это уникальный какой-то город: считай, одна улица. Порой даже не хочется туда ездить. Разве что вот недавно с ребятами боулинг посетили. У меня же здесь природа. Пошел прогуляться к озеру, лес рядом, подышал воздухом — и хорошо. Чисто, красиво. На Украине с этим есть проблемы. А у вас лесом занимаются, штрафуют за нарушения. И правильно делают — природу надо беречь.
А свободное время проходит, как у всех: интернет, телевизор. Иногда сидишь и думаешь: хоть бы уже пойти в футбол поиграть или потренироваться. Вот в Полоцк надо бы съездить погулять, все никак пока не соберусь. Знаю, что красивый город, хоть и небольшой.

— Стадион “Атлант” — самое запущенное место на футбольной карте Беларуси. Вы когда-нибудь сталкивались с подобным?
— Нет! Когда впервые переступил порог раздевалки, испытал шок: куда я попал?! Уже даже не у себя, а у людей спрашиваю: в Новополоцке есть два крупных предприятия — неужели руководству не стыдно за то, что в городе такой стадион? Что-то весной строили, но больше, судя по всему, никто ничего там делать не собирается.
И болельщиков мало! Это мне вообще в Беларуси непонятно. Город же маленький, заняться нечем. Почему не любить футбол? У нас на Украине все по-другому: если матч, то праздник. Около стадиона люди отдыхают, пьют, шашлыки организуют, семьями народ приходит. У вас нет ничего. Фанатский сектор только радует. Его поддержка здорово помогает, но сколько там людей? Максимум сто. Остальные же ходить не хотят. Тем более команда идет на третьем месте — стадион должен быть забит. А не заполняется и наполовину. Не знаю, вероятно, дело в том, что у вас в стране хоккей на первом месте.

— Не могу не спросить об украинской ситуации — она вас каким-либо образом коснулась? 
— Слава богу, нет. Но я переживаю. Специально подключил спутниковую антенну: украинские и российские каналы. Первые говорят одно, вторые — другое. Общаюсь с друзьями — их у меня много и в Донецке, и в Луганске, и в Крыму. Есть разные мнения, но в целом народ за единую Украину. Надеюсь, это все скоро закончится, ведь гибнут молодые ребята. Нас обнадеживают, что с президентскими выборами этому ужасу придет конец. Слабо верится…

— Как вы относитесь к избранию Порошенко?
— Сразу сказал, что он выиграет. Но людей надо судить по их поступкам. Все президенты на Украине только языком мелют, а людям в стране живется все хуже и хуже. Посмотрим, будут ли выполнены обещания нового главы государства. Все надеются на изменения. Хотя конфликт этот разгребать нужно не год и не два.

— У вас не было возможности поучаствовать в выборах?
— Нет, мы как раз готовились к матчу с БАТЭ. Будь возможность, непременно отдал бы свой голос. Кому? Или Порошенко, или Ляшко. Мне Ляшко даже больше нравится. Он хотя бы что-то делает — ездит по регионам, успокаивает людей. Знаю, что явка на этих выборах — одна из самых высоких. Люди реально переживают за судьбу страны.

Сергей АЗАРКЕВИЧ, pressball.by

***

Оставьте ответ

Ваш электронный адрес не будет опубликован.